Я тоже заявление подал...— Петр похлопал зачем-то по краю горна.— Так вот, хорошо бы про запас сделать 
штук тридцать заготовок проходных резцов, на склад мало завезли, так что скоро токаря забегают. Сделаешь?
Ладно,— Леха встал и сдвинул табуретку в сторону.— Сделаю.
Вот и хорош,— Калмыков пошел к слесарям по оборудованию, с утра всех надо было загрузить работой.
— В гробу я видал эту каторгу! — услышал он издалека. Слесаря сидели возле бочки с песком, курили и слушали недавно устроившегося подручным кузнеца, бывалого человека Быкова Герку, которого в Нижнем поселке знали больше по кличке Бык. Герка с ранней юности был не в ладах с законом. За что неоднократно уже посещал колонию, где закончил даже среднюю школу. Пользы, впрочем, это образование ему не принесло. Последняя его отсидка закончилась месяц назад. Он был выпущен под надзор милиции и в принудительном порядке трудоустроен.
И опять же ни кузнечный участок Быку, ни Бык кузнечному участку пользы не принесли.
— Да я в ресторанах привык за вечер больше просиживать, чем здесь за месяц зарабатывать! — хвалился Бык. Калмыков остановился у него за спиной послушать. Вообще он давно заметил, что Быка в перекур все слушают с интересом и вроде даже верят и восхищаются его байками, но стоит только бросить окурок, Бык остается один, слоняется по цеху, никому не нужный и неинтересный.
