Герка провел рукой по голой груди, по слипшимся от сладкой браги волосам и сплюнул:
Тьфу! Не надо скулить, отцы. Не надо на меня собак спущать. Я последний из вашего,— он усмехнулся,— казачьего рода... Вот он я! Могу и трусы снять, чтоб совсем голым показаться, в чем мать родила...— и он было начал снимать трусы, но прадед стукнул по столу кулаком:Герка!
Че Герка... че Герка...— Он встал на колени.— Вот я — Герка Строитель. Что же вы, лаяться пришли? А я вас живьем ни разу не видел! И не сметь!., на меня стучать, покойники!— И тут он почувствовал, что кто-то несмело трогает его за большой палец правой ноги. Он глянул вниз и увидел какое-то странное, величиной с кролика, существо, похожее на жабу. Эта «жаба» большим влажным ртом несмело цапала его палец и почмокивала от удовольствия.
Брысь! — Герка ткнул «жабу» в нос, и она отскочила.— Это вы ее подпустили! — закричал он на дедов.— Вы! Верку вам жалко, да? Да она, змея, бесплодная была. Пять лет с ней прожили, а детей не было! А так-то, что я, не понимаю, они с матерью обе — Веры. Э-эх! Мать Вера — жива, а жена...
Да и черт с ней. Нищету плодить.
