Ой, как стыдно — и за него, неизвестно куда пропавшего, и за себя, вроде брошенную.
— Вера! Верка! — донеслось с улицы через раскрытое окно.
Вера выглянула на улицу — внизу, под окном их палаты, стояла подружка по работе на ферме Анастасия Шапошникова.— Вера! — крикнула еще Настя и будто споткнулась, увидела Веру.— Ты что, совсем себя довела? В зеркало-то глянь — худющая, бледнющая...
Дома-то у меня как? — устало спросила Вера и всхлипнула.
Нормально. Корову вашу Нина доит. А твой-то появился, сегодня утром приехал, к тебе собирается.
Нужен он тут, опухший-то...— с обидой возразила Вера.
Ниче...— неопределенно махнула Анастасия и засмотрелась в конец улицы.— Да вон он, кажись, едет... Лошадь-то вроде геологоразведская, Сивуха...
Все в деревне знали Сивуху геологоразведки. Этой лошади было неведомо сколько лет, некоторые даже говорили, что она в разведке с войны, но это, конечно, было сомнительно. Держали Сивуху из жалости, возила она в столовую продукты из района, тем и оправдывала свое существование.
Вера хотела было полюбопытствовать, кто там едет, точно ли Николай, но пересилила — обида взяла верх.
