И вот, когда уже ветра принесли теплое дыхание весны и работы подходили к концу, сорвало мотор с вышки. 
Он с высоты шлепнулся на лед, пробил его и ушел на дно.
Бурильщики столпились вокруг образовавшейся проруби. Нервно смеялись, все отделались испугом, никто не пострадал. Но лучше бы этот мотор упал на голову Николая. Он-то сразу понял, что потопленный мотор может дорого ему стоить — время военное.
Постепенно это дошло и до бурильщиков. Спасение было в одном — достать мотор. Кто-то должен был нырять в эту прорубь, чтобы зацепить его тросом. Кто? Вызвался самый молодой, шестнадцатилетний Васька Кайгородов. С отцом Васьки Батурин работал до войны. Кайгородов-старший погиб под Москвой. Не мог Николай разрешить Ваське рисковать, не должен был. Он полез сам, хотя сроду не умел плавать.
В этом месте глубина была около семи метров.
Николай нарядился в ватник, привязал к поясу страховочную веревку, в одну руку взял конец троса, в другую обмотанный проволокой керн потяжелее и бултыхнулся под лед. Секунд через десять бурильщики вытащили его. Неудача!
Только с третьего раза, обледенелый, вконец продрогший, он сумел зацепить трос за треклятый мотор.
