Ползти по мокрому мху было нестерпимо холодно. Сразу промокла одежда, заледенели пальцы. Иван, пристроившийся поначалу за Мокрых с немцем, приотстал, надо было кому-то на всякий случай быть позади всех, для 
прикрытия, и лучше всего именно ему. Ведь у него МГ.
Бой на правом фланге прекратился, стих. Потом простучала одинокая очередь из «шмайссера», и стало тихо. Бородюк посмотрел на часы.
— Кажись, нашим капут, Бочар,— проползая мимо, сказал Бородюк.
— Может, ушли...— неуверенно возразил Иван.
Нет. Слишком быстро все кончилось, да и добили, видать, кого-то.
Логика у тебя, старшина...— неприязненно из-за равнодушного «капут» и «добили» буркнул Иван.
Бородюк оглянулся, видимо уловив эту неприязнь в голосе Строительа, и ворчливо заметил:
— Не пыли... У меня не логика, а опыт.
И в этот момент впереди чавкнуло — провалился Мокрых.
— Мужики,— донесся из темноты его свистящий шепот.— Мужики-и! Фрица держите, утянет.
Бородюк рванулся вперед.
Иван подполз к Бородюку одновременно с Саночкиным.
