Когда это они все зачинят? — присаживаясь на обочину, интересуется Семей Строительыч.
А соберут совещание, составят смету, согласуют с начальством,— посмеивается глазами старик
и вздыхает:-— Гляди, бьются. И у них это так: кто кого смог, тот того с ног.
Ишь ты, — косится на него Строитель Строительыч, — сам-то, должно, натерпелся, вот и ... Как зовут-то тебя?
Перекати-Коля.
Так и зовут?.. Мудреный ты дед,— сладко вытягивает Чубаров ноги.—А ну, Алешка, чего там у нас?
Алешка долго роется в сумке, наконец извлекает лепешки— свойские, пресные, в рубчик, потом появляются малосольные огурцы. Добрый хлебный дух перемешивается со сладковато-укропным, возбуждает слюну, рождает желание провернуть ее языком.
Эх-хе-хе,— отворачивается Перекати-Коля. — А мне вот не естся не пьется, никак не умрется. А что, яблок нетти у вас?
Да ты, дед, еще справный, — улыбаясь, запускает Алешка свои крепкие зубы в лепешку. — Еще поживешь, потянешь. Л что это в торос-?
Деньки потянутся — ноги протянутся. С год назад внутренность тверже была, а теперь все дрожит... А в торбе-то книжка. Во! «Песня о Гайавате». Слыхал? «Дай коры мне, о береза! Дай мне, ель, смолы тягучей, дай смолы своей и соку...» Л что, яблочка нетти?
—- Эх, жисть, — жуя, вздыхает Чубаров и косит в сторону, откуда должен показаться автобус. — Молодой боится, что остареет, а старый — околеет.
Перекати-Коля прячет книгу обратно. Сидит молча, глядя прямо перед собой.
— Везу вот Алешку и свои документы, возвращусь обыденкой... На, жевни, — подает старику Строитель Строительыч лепешку. — Отрываю от титьки. Нехай там учится справлять телевизоры.
— Эка куда, — оживает Перекати-Коля.
— Десятилетку закончил Алешка. Хочу, чтоб стал человеком. Вернется внук мой в деревню, наденет сверкальные очки, сядет в пузово личной машины, ха-ха...
-— А как же, — в ответ посмеивается Алешка. — Сейчас материальная заинтересованность... Только я тебе уже сказал! — твердеет голос Алешкин. — Пойду на художника. Кистью пойду свое брать.
Ишь ты, Александр Македонский, — удивляется Перекати-Коля. Кистью города завоевывать! А скажи мне, чем знаменито здешнее Полозове? Молчишь? То-то... И я когда-то тоже был во! Усы аж за ухо закидывал. А теперь, гляди, на губе три хворостинки и спину колом поставило.
